Фрегат Св. Николай Ч.1


Фрегат Св. Николай Ч.1

От издателя:

В этой статье рассказывается об идентификацию российского боевого корабля, обнаруженного в 1948 году у берегов Финляндии. Уникальность события состояла в том, что он почти полностью сохранился. Многочисленные предметы, утварь, монеты, предметы личного обихода, пушки и другое вооружение, поднятые с борта, составили целую огромную экспозицию "Морского музея" в Хельсинки. По значимости находка сравнима разве что со знаменитым парусником VASA. Стоит обратить внимание сколько труда было потрачено весьма квалифицированными археологами и сколько времени им понадобилось для того, чтобы определить, что практически полностью сохранившийся затонувший корабль - шхерный фрегат "Св. Николай". Сравнивая это с победными реляциями некоторых современных исследователей, радостно объвляющих миру об успешной атрибции очередных бесформенных обломков по одной единственной известной детали, понимаешь разницу между профессионалами и дилетантами.

Об авторе:

Шилик Константин Константинович - известный и уважаемый Питерский археолог, десятилетия проработавший в Ленинградском отделении института археологии Академии наук (ЛОИА АН СССР) впоследствии ИИМК РАН. Последние годы живет в Гамбурге. В 2000 году отметил свое 70 летие. К кругу научных интересов относится: Картографирование подводно-археологических памятников, увязывание понятий подводной археологии и географии. Долгое время занимался подводной археологией Черного моря возглавляя Боспорский подводно-археологический отряд. Занимался геоакустическими исследованиями подводной Ольвии. Обнаружил и изучал античный город Акру на дне Керченского пролива.

Работа "Русский гребной фрегат "Святой Николай" погибший в 1790 году во втором Роченсальмском сражении" представлена на второй международной конференции Балтийских стран по морской археологии. Июнь 1999 г. СПб., и опубликована в сборнике "Изучение памятников морской археологии" Вып.4, (Археологические изыскания ,Вып.62), СПб., 2000.

ГРЕБНОЙ ФРЕГАТ "СВЯТОЙ НИКОЛАЙ"

О русском военном корабле конца XVIII в., лежащем на дне Финского залива, мы впервые узнали из очень краткого сообщения в книге Гюнтера Ланитцки [Ланитцки, 1982: 121], изданной на русском языке в 1982 году. В книге говорилось, что в 1948 г. возле Котки были обнаружены остатки русской галеры (в оригинале - die Galeere), погибшей в 1790 году и получившей "рабочее название "Св. Николай"". Спустя несколько лет в ЛОИА АН СССР приехали представители коткинского муниципалитета и городского музея (музей Кюменлааксо) с предложением присылать сотрудников Отделения для участия в работе ежегодных международных Балтийских семинаров, проводившихся в Котке во время празднования "Дней моря". Речь шла и об исследованиях "Св. Николая". Бюрократические колеса вращались неспеша, и лишь в 1988 г. я получил приглашение сделать доклад о советской подводной археологии на VI Балтийском семинаре.

В коткинском музее Кюменлааксо я ознакомился с находками, поднятыми из обследованных помещений корабля, который, как оказалось, лежит на глубине около 16 м. В числе находок было и корабельное носовое украшение в виде женской фигуры, которое, как мне объяснили, принадлежало "Св. Николаю". Обследовано было всего несколько помещений корабля, но количество поднятых предметов было огромным. Большая часть из них хранится в государственном Морском музее в Хельсинки. Поднято огнестрельное и холодное оружие, штурманские инструменты, бронзовые иконкискладни и нательные кресты, обувь и одежда, столовая посуда и кухонная утварь, инструменты сапожника, сотни ружейных кремней и многое другое, часто во многих экземплярах. Если бы корабль был обследован полностью, находок хватило бы на отдельный музей: их количество значительно превысило бы количество таковых, поднятых со знаменитого шведского корабля "Vasa". Осмотрел я и поднятые со "Св. Николая" крупные детали корпуса и пушки, хранящиеся на расположенном рядом с Коткой небольшом ненаселенном острове Варисаари в двух специально для этого построенных добротных складах-сараях. Для удобства осмотра находок у каждого из них одна стенка сделана из стальной сетки. На острове сохранились остатки русских укреплений конца XVIII в., в амбразурах которых поставлены русские и шведские пушки разных типов и калибров. Для обслуживания посетителей рядом с пристанью построено летнее кафе "Fort Elisabeth", имитирующее круглый пушечный форт. Между столиками кафе размещены на собственных станках (лафетах) семь пушек, поднятых с того же "Св. Николая",

Во время осмотра пушек ко мне подошли представители Роченсальмского общества водолазов и аквалангистов, а также историков и просто любителей старины, созданного для всестороннего исследования корабля. Они обратились с просьбой поискать в ленинградских архивах и музеях чертежи исследуемого ими корабля, который, по их словам, был гребным фрегатом (а не галерой, как сказано в книге Г. Ланитцки). Чертежи, как я понял, нужны были им для постройки модели.

На семинаре много говорилось о гребном фрегате, поскольку исполнилось 40 лет со дня его обнаружения. Все выступающие называли его просто "Николаем". Как я позже выяснил, в воинских донесениях, рапортах и других архивных документах, а также в книгах фигурируют два названия нашего фрегата: "Николай" и "Св. Николай". Официальное же его наименование - "Святой Николай". Вот что пишет по поводу названий Ю.С. Крючков: "...одно и то же судно имело иногда два, а то и три названия: официальное, записанное в регистрационных книгах Адмирал-тейства и судовых документах, и более простое, житейское - для повседневной службы" [Крючков 1989: 79]. Во время VI Балтийского семинара торжественно отмечалось 40-летие исследования "Николая", при этом в речах несколько раз прозвучало то ли название, то ли словосочетание "старый Николай". Тогда же выяснилось, что речь шла о линейном 100-пушечном корабле "Святой Николай Чудотворец", который в то время находился в составе русского Балтийского флота. В то время в составе Бал-тийского флота находился и другой линейный корабль - 66-пушечный "Святой Николай". Оба корабля в архивных документах упоминаются также под названием "Св. Николай". Это имя было очень популярно у русских моряков. В XVIII веке только на Балтике плавало четырнадцать судов разных классов с таким названием.

Вернувшись в Ленинград, я начал искать чертежи "Николая". Однако вскоре значительно расширил сферу своих поисков, в результате которых в русских, финских и шведских архивах, музеях и библиотеках был собран обширный материал не только о самом корабле, но также о войне 1798-1790 гг., в ходе которой он погиб, об истории его находки и исследования. Но поскольку история находки и исследования остатков "Николая", а также ход сражения, в котором он погиб, кратко изложены в А.Н. Кирпичниковым и Г.С. Лебедевым [Кирпичников, Лебедев 1995], я постараюсь не повторяться.

В 1788 г. король Швеции Густав III, кузен Екатерины II, решил вернуть утраченные во время Северной войны территории Эстляндии и Карелии. В надежде, что победа достанется легко, поскольку Россия, занятая войной с Турцией, не сможет, как ему казалось, воевать на два фронта, он спровоцировал войну. 21 июля в Гельсингфорсе было издано королевское "Объявление войны", в котором Густав обвинил Россию в нападении на шведский пограничный пост. Вот что написал мне в ответ на мой запрос по поводу начала той войны финский историк-аматор, как он себя называет, Райнер Маттссон: "В Королевском Военном архиве в Стокгольме сохраняется копия карты О.Г. фон Фианта с надписью: "Русские атаковали эту засаду у Вуалтенсальми 28 июня 1788 г. и тем вызвали прошедшую войну". Говорят, что шведский король приказал пошивочной мастерской Стокгольмской оперы изготовить некоторое количество русских мундиров. Эти мундиры послали скрытно в Финляндию с лейтенантом (капитаном?) с приказом ему атаковать шведский караульный (пограничный - К.Ш.) пункт у Вуалтенсальми". Но еще 27 июня, до официального объявления войны, шведская эскадра захватила у мыса Суроп русский 35-пушечный фрегат "Ярославец" [Данилов 1996: 153]. Кроме того, перед войной на шведских гребных фрегатах были срочно заменены пушки: вместо 18-фунтовых были поставлены 24-фунтовые [Harris 1989: 113].

В ходе той войны было несколько успешных для русских войск и флота сражений. Два крупных морских сражения между гребными флотилиями воюющих сторон произошли на рейде тогда еще не существовавшей Котки, у Роченсальмского пролива. В обоих сражениях русской флотилией командовал вице-адмирал Карл Нассау-Зиген - гессенский принц на русской службе.

Первое Роченсальмское сражение, которое произошло 13 августа 1789 г. (по старому стилю), выиграла русская флотилия. Шведская флотилия, которой командовал адмирал К. Эренсвёрд, потеряла 9 боевых кораблей и 30 транспортов, русская - 2 судна. По поводу этого сражения имела место заочная полемика между Густавом III и Нассау-Зигеном. Газета "Гамбургские новости" опубликовала "Реляцию" шведского короля своему Сенату, в которой сражение было представлено в выгодном для шведов свете. В ответ Нассау-Зиген напечатал в "Санкт-петербургских новостях" от 20 сентября 1789 г. "Письмо Его Величеству королю Швеции" и "Опровержение на реляцию". Параллельно, по-джентельменски, была напечатана и сама "Реляция".

Второе Роченсальмское сражение произошло 28 июня (9 июля по но-вому стилю) 1790 г. За неделю до него произошло Выборгское сражение - крупнейшее морское сражение той войны. Шведский флот, блокированный русским в Выборгском заливе, пошел на прорыв по западному фарватеру. Прорваться удалось, но шведы при этом потеряли 67 кораблей и судов, в том числе 7 линейных кораблей и 3 фрегата. Прорвавшиеся линейные корабли и фрегаты ушли в открытое море, русская корабельная эскадра начала преследование. Гребная флотилия шведов, которой коман-довал сам король, укрылась на Роченсальмском рейде. Флотилия Нассау-Зигена, перекрывавшая в начале сражения судоходный фарватер у восточного берега широкого в этом месте Выборгского залива и успешно выдержавшая бой с отвлекающими силами шведов, бросилась вдогонку. Шведы, учтя уроки поражения предыдущего года и имея почти сутки форы, хорошо подготовили свои позиции у Роченсальма: на островах вокруг рейда установили артиллерийские батареи, промерили глубины в заливе, все корабли гребной (галерной) флотилии поставили на якоря, а фарватер, по которому в 1789 г. прорвались русские корабли, успели надежно перекрыть затопленными судами.

увеличить Русская флотилия подошла к Роченсальму в 2 часа ночи, когда гребцы уже окончательно обессилели. Однако офицеры и сам командующий рвались в бой, чтобы успеть победить и доложить о своей победе императрице в день 28-летия её восшествия на престол. Не проведя разведки, Нассау-Зиген ночью расставил свои корабли и утром начал наступление. Вскоре поднялся свежий ветер, который после полудня перешел в сильнейший шторм. Русские суда стало сносить к берегу и выбрасывать на камни. К полуночи бой окончился разгромом флотилии Нассау-Зигена. Потери составили 52 судна. В ходе боя погиб гребной фрегат "Св. Николай" и несколько галер, остальные были выброшены на камни штормом или сожжены своими экипажами. Шведы праздновали победу. По указанию короля была даже отчеканена специальная медаль для награждения участников сражения.

увеличить Трофейные русские корабельные флаги привезли в Стокгольм и при большом стечении народа торжественно внесли в Большую кирху (Storkyrkan). Этот момент изображен на картине Пэра Гиллестрёма (Per Hillestrom), копия которой помещена в одном из залов музея Эренсвёрда в крепости Свеаборг (Хельсинки). На картине можно насчитать около шестидесяти огромных флагов, что превышает количество погибших и плененных русских кораблей. В настоящее времяфлаги эти хранятся в Музее армии в Стокгольме. Одна интересная деталь из истории двух этих сражений: финские гребцы и лоцманы были в составе как шведской, так и русской флотилий. По словам Яаакко Олликайнена, председателя Роченсальмского общества, его предок был лоцманом в составе русской флотилии. Выигранное морское сражение не помогло Густаву вернуть ранее потерянные территории. Из-за недовольства в столице ходом не очень удачной войны он был вынужден просить мира, который и был заключен 3 августа 1790 г. (по старому стилю).

Вскоре после обнаружения затонувшего корабля на страницах финских газет разгорелась полемика между исследователями по поводу его названия. То, что корабль русский и боевой, сомнений не вызывало. Это выяснилось по первым же поднятым с него находкам. То, что относится он к классу фрегатов, поначалу тоже не вызывало сомнений. Сомневались по поводу названия корабля. Были высказаны два предположения: 1. обнаружен гребной фрегат "Мария" и 2. обнаружен гребной фрегат "Николай". Газета "Hufvudstadbladet" от 10 декабря 1949 г. напечатала статью "Свенксзундский (роченсальмский - К.Ш.) корабль - русский фрегат Мария?", один из разделов которой назывался "Мария или Николай". В 1961 году началось систематическое обследование найденного корабля, однако, оно, разумеется, не могло дать ответ на возникший вопрос. А вопрос тем временем запутался еще больше: возникли сомнения в правильности определения класса русского корабля. В июле 1962 г. другая финская газета "Eteenpain" помещает статью "Николай теперь стал Прозерпиной". "Прозерпина" же, которая также, как и "Николай", участвовала во втором Роченсальмском сражении, была шебекой, то есть кораблем совсем другого класса. Через 16 лет, в марте 1978 г. уже упомянутая газета "Hufvudstadbladet" печатает статью финского историка мореплавания Кристиана Альстрёма "Николай или Мария?", в которой автор анализирует дневник русского офицера, участвовавшего в Роченсальмском сражении на борту гребного фрегата "Мария", и приходит к выводу, что корабль все-таки является скорее "Марией", чем "Николаем". При этом он учитывает и то обстоятельство, что гальюнная женская фигура не могла принадлежать кораблю, носящему мужское имя.

Проходит еще 5 лет, и на I Международном Балтийском семинаре в августе 1983 года Кристиан Альстрём поддерживает предположение о том, что обнаруженный корабль - это шебека "Прозерпина", а не гребной фрегат "Св. Николай". Обосновано это предположение было тем, что на русских гребных фрегатах, по данным реестра, составленного шведами после сражения, находилось по 38 орудий. На найденном же корабле оказалось то ли 22, то ли 26 орудий (почему автор указал два варианта количества пушек, не очень понятно). В настоящее время на острове Варисаари хранится 18 пушек, местонахождение недостающих 4 или 8 пушек мне неизвестно. По сведениям того же шведского реестра именно по 26 пушек было на русских шебеках (на самом деле на шебеках было по 32 пушки).

Появление различных мнений и предположений было вызвано тем, что для идентификации корабля исследователи пользовались косвенными, не всегда надежными данными, по-скольку советские архивы в то время западным исследователям были практически недоступны. Например, тот же Альстрём пользуется таким показателем, как количество поднятых с корабля пушек. В газетной публикации 1978 г. он сообщал, что имеются сведения о том, будто моряки с "Николая" сбрасывали пушки, чтобы облегчить тонущий корабль, но это означает, что такой показатель изначально некорректен. Можно сказать, что такие попытки идентификации - это своеобразные жесты отчаяния в ситуации, когда не хватает данных для решения задачи. И хотя ко времени VI Балтийского семинара (1988 г.) среди исследователей утвердилось мнение, что на дне Коткинского залива лежит именно "Николай", сомнения все же оставались.

Теперь о чертежах. В Центральном Государственном архиве Военно-Морского флота (ныне РГА ВМФ) хранится множество чертежей кораблей XVIII и XIX вв. Но чертежей гребного фрегата "Св. Николай" или просто "Николай" среди них не оказалось. Пришлось обратиться к литературе по истории флота. Известный историк русского военно-морского флота Феодосии Федорович Веселаго в капитальном труде "Список русских военных судов..." в разделе "Фрегаты гребной флотилии" [Веселаго 1872: 288-289] сообщает, что "Николай" был спущен на воду в Кронштадте 23 апреля 1790 г. и что в один день с ним были спущены еще 7 однотипных гребных фрегатов ("Екатерина", "Мария", "Павел", два "Александра", "Константин" и "Елена"), а также, что заложены все они были в том же 1790 г. Размеры всех кораблей одинаковы: длина 130 футов, ширина 32 фута (без обшивки), глубина трюма 11 футов.

Позднее, уже после окончания русско-шведской войны 1788-1790 гг., в Санкт-Петербурге в 1792-1795 гг. были заложены еще 7 кораблей этого типа, в числе которых были "Николай", "Константин" и "Богоявление Господне". Размеры фрегатов повторяют размеры предыдущей серии. А в 1796 г., как я позднее выяснил, были заложены еще два гребных фрегата с библейскими названиями: "Вифлеем" и "Назарет", которые отличаются от предыдущих большей глубиной трюма - 12 футов [Данилов 1996: 60-63]. Эти сведения облегчили поиск чертежей, поскольку стало ясно, что искать надо не чертежи конкретного "Николая", а чертежи просто гребного фрегата.

увеличить В результате выяснилось, что в РГА ВМФ, в фонде 327 (опись 1, чертежи кораблей) имеется четыре выполненных тушью чертежа гребных фрегатов (дела 1680, 1681, 1750 и 1791). Все четыре являются теоретическими чертежами с элементами конструкции корабля. Ни на одном из них не указано название какого-либо конкретного корабля.

На чертеже № 1681 имеется пояснительная надпись: "Копия с чертежа, сочиненного корабельным подмастерье Сарычевым, на котором артиллерии на опор деке (совр. опер-дек - К.Ш.) 20 пушек 18-фунтовых (107 мм) да в носу 2 пушки 24-фунтовых (150 мм). На квартердеке 12 6-фунтовых (95 мм). На форкастеле 2 6-фунтовых да в носу 2 12-фунтовых (122 мм) (всего: 38 пушек - К.Ш.). Длина между перпендикулярами - 130 футов (39,62 м), ширина без досок (без обшивки - К.Ш.) - 32 фута (9,75м), глубина интрюма - 11 футов (3,35 м). Октября ... дня 1789 года". К этим размерам можно добавить, что осадка корабля, судя по чертежу, - 12 футов 6 дюймов, а высота над водой нижнего обреза самого нижнего пушечного порта - 4 фута. На опер-деке показано 10 орудийных портов на одном борту (для 18-фунтовых пушек) и один (второй не виден) порт в носу (для 24-фунтовой погонной пушки). Как показывает дата, проставленная на чертеже, изготовлен он был еще до закладки кораблей. Судя же по отсутствию на чертеже следов его употребления при строительстве, можно предположить, что изготовлен он был, скорее всего, для хранения в каком-то архиве.

На чертеже № 1750 также имеется надпись, но более краткая: "Чертеж восьми фрегатам, построенным в кронштадтском канале 1789 года. Длина по палубе - 130 футов, ширина без досок - 32 фута 6 дюймов, глубина интрюма - 11 футов". Других надписей на нем нет, как нет и следов употребления его при постройке корабля. Обращает на себя внимание часть первой фразы: "...построенным... 1789 года". Дело в том, что все корабли первой серии, согласно сообщению Ф.Ф. Веселаго, были заложены и спущены на воду в 1790 году. Как объяснить это противоречие, я не знаю. Может быть, дата относится не постройке фрегатов, а к изготовлению чертежа? На обоих чертежах между 10 пушечными портами на опер-деке изображено по 9 весельных портов на каждом борту, расположение пушек на палубах одинаковое. Хотя оба эти чертежа не являются строительными, однако, без них невозможно изучение конструкции "Николая", поскольку чертежи, по которым велась постройка корабля, безусловно, не сохранились.

Второй чертеж (№ 1750) не является точной копией первого: есть не-значительные отличия в конструкции. В частности, палуба изображенного на этом чертеже корабля на 6 дюймов шире, чем у предыдущего, на первом чертеже (№ 1681) протяженнее свес кормы, не показаны кормовые раковины и талрепы, штурвал расположен перед бизань-мачтой, в то время как на втором - перед ней. Несколько разнятся конструкции гальюнных ограждений (ограждение свеса в носовой части корабля, на котором обычно устанавливалась носовое украшение, оно же гальюнная фигура). Тем не менее, не вызывает особых сомнений то, что именно эта пара чертежей относится к первой серии гребных фрегатов и, возможно, ко второй. Интересная деталь: на чертеже № 1681 в передней части гальюнного ограждения довольно небрежно пририсовано карандашом носовое украшение - орел в профиль (вероятно, подразумевался орел двуглавый). Возможно, этот рисунок появился при подготовке чертежей для постройки фрегатов второй или третьей серии. На чертеже № 1750 носового украшения нет.

Чертеж № 1680 датирован 1791 годом, а на чертеже № 1791 дата не проставлена. Просмотр показал, что чертежи эти практически идентичны. Изображенные на них корабли имеют то же пушечное вооружение, то же количество пушечных и весельных портов и почти те же размеры корпуса, что и корабли первой серии за исключением глубины трюма, которая равна не 11, а 12 футам. Соответственно осадка на один фут больше (13 футов и 6 дюймов). Минимальная высота пушечного порта над водой равна 4 футам 6 дюймам. Можно с большой вероятностью предположить, что именно согласно чертежам № 1680 и № 1791 строились два корабля третьей серии, у которых глубина трюма была равна как раз 12 футам. Носовые украшения на этих чертежах не изображены.

Копии двух первых описанных выше чертежей в 1990 году были переданы мною Роченсальмскому обществу и музею Кюменлааксо.

увеличить В ходе поисков выяснилось, что в ленинградских музеях имеются две модели интересовавшего меня фрегата. Одна из них - полумодель, хранящаяся в Центральном военно-морском музее, другая - полная модель, хранящаяся в музее "Кронштадтская крепость" в Кронштадте. На доске, на которой укреплена полумодель, имеется надпись: "28 пуш. гребной фрегат "Николай". 1790 г." А на табличке у полной модели написано: "38-пушечный гребной фрегат "Константин". Построен в Кронштадте в 1790 г."

Если последняя дата указана правильно, то это тот самый "Константин", который был спущен на воду в один день с "Николаем" и был взят в плен шведами в тот же день, когда погиб "Николай". По конструкции полумодель и модель почти не отличаются. Но обе они заметно отличаются от чертежей. Бросается в глаза разница в количестве пушечных портов. На чертежах показано на опер-деке по 10 пушечных портов на каждом борту и 2 в носу, а на каждом борту квартердека по 6 портов. У моделей же на опер-деке по 13 пушечных портов на борт и по 2 порта в носу, но совсем нет портов на квартердеке и форкастле, поскольку нет ни квартердека, ни форкастля, как нет и весельных портов. Это обстоятельство, по-видимому, объясняет, почему надпись на полумодели гласит, что "Николай" - 28-пушечный фрегат. Надпись, судя по шрифту, была сделана, скорее всего, в середине XIX в., когда ни одного из описываемых фрегатов уже не существовало, а полумодель, возможно, утеряла первоначальную табличку с подписью. Не исключено, что тот, кто писал новую подпись, просто пересчитал пушечные порты на полумодели и умножил их количество на два. А вот почему на табличке при модели "Константина" написано, что это 38-пушечный гребной фрегат, совершенно не понятно. Еще одна конструктивная подробность: на трех чертежах и на полумодели на корме имеются так называемые раковины - офицерские гальюны, а на модели "Константина" их нет.

увеличить Имеется еще один документ, относящийся уже к реальной роченсальмской находке, который позволяет уверенно ответить на вопрос о типе корабля. Я имею в виду обмерные чертежи остатков корабля, выполненные финскими водолазами. По результатам обмеров участник исследований судомоделист Харри Алопеус (Harry Alopaeus) в 1969-1970 годах построил модель "Николая" длиной 33 дюйма [Ericsson 1972: 176], а в 1985 году Юхани Урьяняйнен (Juhani Urjanainen) построил уточненную модель, которая сейчас выставлена в музее Кюменлааксо.

Вторая модель весьма наглядно отражает современное состояние остатков корабля. Видно, что на нем полностью не сохранились квартердек с кормовым свесом, форкастль и гальюн, исчез практически весь рангоут и настил опер-дека, серьезно разрушена носовая часть корабля, разрушились верхние концы многих шпангоутов. Причина плохой сохранности верхней части корабля в том, что он лежит на глубине всего лишь 16 м, и прямо над ним проходит главный судовой ход коткинской гавани. Есть на этой модели и одна загадка: в центральной части корабля показана орлоп-палуба, хотя, судя по чертежам 1789 года, на "Николае" она была только в носу и совсем короткая в корме. Но на чертеже 1791 года она протянута на всю длину корабля, как и на модели Урьяняйнена. Не смотря на разрушения, сохранились все весельные и пушечные порты - один из главных показателей класса военного корабля того времени. На модели прекрасно видно, что на левом борту роченсальмского корабля на опер-деке имеется 10 пушечных и между ними 9 весельных портов, и еще один пушечный порт в носовой части обшивки левого борта. Это в точности соответствует вышеописанным чертежам из архива ВМС. В то время как на чертеже шебеки (РГА ВМФ, фонд 327, опись 1, дело 3052, "Чертеж для построения по оному при Санкт-Петербурге таковых четырех судов ... сентября 4 дня 1788 года") показано по 11 пушечных и 20 весельных порта на один борт (между каждой парой пушечных портов прорезано по два весельных). По-этому можно с полной уверенностью говорить о том, что на дне лежит гребной фрегат, а не шебека.

Продолжение следует...